Избранные детективы и триллеры. Компиляция. Книги 1-22 (СИ)
Он не обратил внимания на милицейский «Мерседес», который неотлучно следовал за ним до Арбатской площади.
– Ну что, товарищ капитан, здесь будем брать? – спросил Ваня Кашин.
– Пусть уж пообедает в последний раз. Возьмем на выходе, – ответил капитан Леонтьев.
ЭПИЛОГ
– Что-то вас много сегодня, – покачал головой врач, оглядывая трех посетителей, – вы что, хотите все зайти в палату?
– Хотим, – кивнул Егоров и, привычно сунув руку в карман, вытащил бумажник.
– Ладно вам, – улыбнулся доктор и отстранил протянутую купюру, – документы к выписке я подготовил. Забирать можете в понедельник.
– А сегодня? – хрипло спросил Егоров.
– Сегодня суббота, мы по выходным не выписываем. Между прочим, вчера он нянечке стихотворение прочитал. «Колокольчики мой, цветики лесные». И попросил жареной картошки. А где, спрашивается, мы ей возьмем? У нас только каша, макароны и пюре.
– А еще? Что еще он говорил? – прошептал Егоров. – Да вы идите в палату. У него там нянечка сидит, она вам расскажет подробности. Подождите, вы Виктор Годунов?
– Годунов, – кивнул Никита.
– Слушайте, вы меня, конечно, извините, но я видел ваш некролог. Газеты писали, будто вы погибли, сгорели при пожаре. Бред какой-то. Так это вы или не вы?
– Он, – улыбнулась Ника, – можете не сомневаться, он.
Федя спал, свернувшись калачиком, положив руку под щеку. Лицо его порозовело, волосы отросли, торчали светлым густым «ежиком». Он дышал спокойно и ровно.
На краю кровати сидела, сгорбившись, больничная нянечка в байковых рваных тапках, в очках с переломанной и замотанной лейкопластырем дужкой. Одной рукой она поглаживала Федю по голове, в другой держала маленькую потрепанную Библию и тихо, полушепотом, читала:
«Идет ветер к югу, и переходит к северу, кружится, кружится на ходу своем, и возвращается ветер на круги своя. Все реки текут в море, но море не переполняется; к тому месту, откуда реки текут, они возвращаются, чтобы опять течь. Все вещи в труде; не может человек пересказать всего; не насытится око зрением, не наполнится ухо слушанием».