Судьба (СИ)

— Кары? Мы просто должны найти её и вернуть, — помотал головой Амадеус, которому что-то не понравилось в этих словах.
— Вернуть? — удивлённо переспросил Марс. — Нет. Наш долг покарать отступницу. Ингвен рассказал нам всё, что узнал. Создание проклятого оружия. Замученные и расчленённые кабал. Долг стража защищать Человечество, а не творить подобные зверства. Неужели ты не понимаешь этого?
— Что ты говоришь?! — второй титан от удивления даже взмахнул руками. — Она наш друг! Мы должны привезти её в Город и вернуть на путь Света!
— Амадеус, — Марс сделал шаг вперёд. — Её уже не спасти. Наш долг, как верных Страннику стражей, найти и покарать отступницу. Она отринула Свет. За этот грех нет прощения. Неужели ты оправдываешь Тьму, что завладела её сердцем и душой? Убийство — вот единственное милосердие, которое мы можем дать врагу.
— Да как ты смеешь! — вспылил Амадеус. — Мы защитники человечества и наша прямая обязанность — вернуть под защиту Света тех, кого ещё можно спасти!
— Тогда где было твоё милосердие, когда ты убивал падших? — повысил голос Марс. — Им просто нужен эфир. Как ты убиваешь кабал? Их лишь ведёт приказ. А одержимые? Они во власти своих потусторонних господ, марионетки в руках чуждых нам сил. Нет, Амадеус. Страж, отринувший Свет и шагнувший во Тьму, ничем не отличается от прочих наших врагов. Он должен быть уничтожен. Ты можешь помнить свою подругу и скорбеть о ней, но не позволь этой жалости застилать твой взор. Пусть твоя рука не дрогнет, когда придёт момент нанести последний удар. Удар милосердия.
— Похоже, вы сами забыли о милосердии, — голос Амадеуса стал будто громче, а сам он распрямился, ощутимо возвышаясь над вторым титаном. — Хэйла в беде, у неё неприятности, по собственной вине или нет. Мы обязаны её спасти. С вами или без вас.
— Никто не обязан решать ваши проблемы, — сказал Котлетка, вставая с ящика, который служил ему сиденьем. — Марс слишком благороден, чтобы сказать правду. Потому говорю прямо. Твоя подружка — продажная шкура, которая забыла своё место. А мы устроим славную охоту и она войдёт в легенды.
Марс тяжело вздохнул:
— Ты слишком груб.
— Но, по сути своей, он сказал всё верно, — лучезарно улыбнулся Инг.
На небе сверкнула первая совсем близкая к Городу молния.
Амадеус резко развернулся и направился прочь, чувствуя, как нарастает и клокочет боль внутри. От такой несправедливости большой двухметровый титан был практически готов разрыдаться как ребёнок. Но он понимал, что именно его отчаяния и добивается этот зверинец.
Не выйдет!
Титан дошёл до мостика и остановился у перил, не в силах продолжать свой путь. Он прикрыл лицо ладонью и беззвучно болезненно выдохнул. Как спасти подругу, если для этого придётся сразиться не только со злом, но и с боевыми братьями? Как они дошли до такого?
Плеча Амадеуса коснулась чья-то сильная рука. Он медленно поднял взгляд и обомлел, увидев зависшую перед ним Элис в лучах заходящего солнца. Та хищно улыбалась, а её глаза почти буквально источали Свет, настолько яркий, что всегда обжигал окружающих даже против собственной воли. Ранец за её спиной разложился в казавшиеся огромными крылья.
— Ободрись, воин! В Вальгаллу можно подняться только по трупам тупых мудаков! — высокопарно изрекла она.
Титан не смог промолвить ни слова. Абсолютно грубая и неотёсанная воительница открылась с иной стороны. Она несла в себе гораздо больше добра и тепла, чем он сумел рассмотреть сначала, но он не увидел главного — её Свет был настолько силён, что Элис едва его контролировала. И сейчас она поделилась им, спустившись с небес как древняя валькирия, только чтобы не забрать в загробный мир, а принять участие в битве.
Они были двумя сторонами одной медали. Если сам Амадеус был подобен рассвету, поддерживая силы дня, то Элис проявляла себя в лучах заката позади неё, когда был нужен кто-то несгибаемый, несущий Свет сквозь непроглядную тьму.
И сейчас, когда всё рушилось, она протягивала свою руку другу.
А в ангаре становилось всё более людно. Клан собирался в полном составе, чтобы покарать предательницу. Подвиг, достойный легенд. Многие стражи слышали страшную сказку о Дреджене Йоре и теперь эти отважные воители Света намеревались написать похожую историю, но с хорошим концом. Где бы падший во тьму страж не творил свои злодеяния, чтобы быть убитым, оставив за собой лишь выжженную дорогу крови и слёз. Тут верные воины Странника настигнут чудовище вовремя, загонят как зверя и безжалостно убьют.
 
Эрика всё ещё наблюдала. В какой-то момент она достала непонятный пульт, очень выразительно посмотрев на тот.
Два варлока настороженно замерли и задержали на ней взгляды, чтобы быть одарёнными лучезарной улыбкой идеально белых зубов. В следующее мгновение они что-то осознали, поднимая тревогу.
Женщина развернулась, откинув свой чёрный плащ назад, чтобы затем спрыгнуть на одну из балок. Встав на той, она вновь подняла пульт и с холодным безумием в глазах нажала на кнопку.
Раздался страшный взрыв, вторивший яркой вспышке молнии.
Направляющуюся вдоль края стены Эрику уже мало что могло остановить. Она выбросила пульт и подняла перед собой собственный шлем с почти зеркальной тёмной поверхностью. Второй рукой женщина подцепила волосы, собрав их в небрежный пучок. В отражении она заметила других охотников из клана, намеревающихся её догнать и заставить понести наказание.
Шлем издал приятный слуху щелчок, накрывая голову, и полностью чёрная фигура обернулась на краю, чтобы показать догоняющим её стражам пальцы, которые обычно не показывают леди её уровня.
Пролетев вниз, Эрика зацепилась за новую балку и побежала вперёд, но противники не отставали. Однако чем были взбесившиеся крысы для старой мудрой кошки? Неужто эти грызуны решили, что способны догнать истинного ночного хищника?
Эрика остановилась. Прыгать было больше некуда, а позади она увидела предвкушающих расправу охотников.
— Вам по сердцу чужая боль? Мне тоже… — на этих словах женщина шагнула, как казалось, в пустоту.
Самый ловкий молодой охотник, пытавшийся поймать конец плаща, замер, чтобы в следующий миг быть сбитым с ног от порыва воздуха, поднявшегося из-за резко взлетевшего небольшого корабля, за крышу которого зацепилась Эрика.
— Карета подана, миледи, — раздался в динамиках шлема голос Джона.
— Вечный никуда не полетит, — вместо приветствия сказал Том, видя приближающихся товарищей. — Когда я пришёл, двигатель был сломан. Вернее двигатель, главный стабилизатор, механизм складывания шасси и кофеварка. Кем вообще нужно быть, чтобы сломать кофеварку?! Да у них нет сердец…
— Блять, кофеварка… Просто препятствие года… — экспрессивно проворчала Элис.
Амадеус, только было приободрившийся, вновь ощутил тиски отчаяния. Времени было критически мало, а его верный орёл Вечный теперь не скоро поднимется в воздух.
— Что мы будем делать? — спросил воин, собравшись с мыслями. — И где Рэй?
— Идиоты, не ценящие работу инженеров… Новый корабль можно без труда угнать, если захотеть, — Эшли задумчиво смотрел на труды соперника. — А парень сбежал.
— ЧТО?!
— Выше нос, здоровяк. Сейчас будет новая птичка! — ободряюще похлопала титанка своего собрата по классу. — Вы может и стали новой ударной группой Джейн, да только до нас в полном составе вам ещё очень далеко. Мы и не такое дерьмо жрали.
В воздух напротив ангара поднялся ещё один корабль, лишь чуть меньше Вечного. Он был серебристого оттенка с отражающей поверхностью, более вытянутый и с дополнительными выдвигающимися крыльями. Последнее стало очевидно из-за Джона, который игрался с теми, сидя внутри.
— Добро пожаловать на борт Грозы, парни! — пафосно объявила Элис. — Эти мудаки рождены искать славы, но мы, команда Джейн, рождены раздавать пиздюлей.
Рэй действительно сбежал, сев на собственный маленький корабль, и первым бросившись по добытым Эшли координатам. Но, увы, они были неточны. И если на первый взгляд можно было подумать, что “где-то в руинах Петербурга” — это ключ к ответу, то действительность оказалась иной. Город, в котором на момент конца Золотого Века жили десятки миллионов человек, просто не мог быть маленьким.