Полное собрание стихотворений
Часть 78 из 123 Информация о книге
1847
Курган
Друг веков, поверенный преданий,Ты один средь братии своейСохранил сокровищ и деянийВековую тайну от людей.Что же дуб с кудрявой головоюНе взращен твой подвиг отмечатьИ не светит в сумрак над тобоюОгонек — избрания печать?Как на всех, орел с неизмеримойНа тебя слетает высотыИ срезает плуг неумолимыйВсех примет последние следы.Что ж ты дремлешь? Силой чудотворнойВозрасти темно-кудрявый дуб!Сокруши о камень непокорныйЗлого плуга неотвязный зуб!— Оттого-то, странник бесприметный,На степи я вечно здесь молчу,Что навек в груди мой клад заветныйОто всех я затаить хочу.1847
«Ты говоришь мне: прости!..»
Ты говоришь мне: прости!Я говорю: до свиданья!Ты говоришь: не грусти!Я замышляю признанья.Дивный был вечер вчера!Долго он будет в помине;Всем, — только нам не пора;Пламя бледнеет в камине.Что же, — к чему этот взгляд?Где ж мой язвительный холод?Грусти твоей ли я рад?Знать, я надменен и молод?Что ж ты вздохнула? Цвести —Цель вековая созданья;Ты говоришь мне: прости!Я говорю: до свиданья!Тучка
Тучка-челн, небес волноюОбданная паром,Между мною и луноюТы плывешь недаром:От луны — твой свет, что ставитТрон полночный богу;От меня ж возьми, что давит:Думу и тревогу.Спит она — тяжелой битвойДум не возмутима;Ты ж над ней с моей молитвойПронесися мимо.1847
Свобода и неволя
Видишь — мы теперь свободны:Ведь одно свобода с платой;Мы за каждый миг блаженстваЖизни отдали утратой.Что ж не вижу я улыбки?Иль сильней всего привычка?Или ты теперь из клеткиПоздно пущенная птичка?Птичка-радость, друг мой птичка,Разлюби иную долю!Видишь — я отверз объятья:Полети ко мне в неволю.1847
«Сядь у моря — жди погоды…»
Сядь у моря — жди погоды.Отчего ж не ждать?Будто воды, наши годыСтанут прибывать.Поразвеет пыл горячий,Проминет беда,И под камень под лежачийПотечет вода.И отступится кручина,Что свекровь стара;Накидает мне пучинаВсякого добра.Будто воды, наши годыСтанут прибывать.Сядь у моря, жди погоды.Отчего ж не ждать?1847
«Дитя, покорное любви…»
Дитя, покорное любви,Моих стихов не назовиТы самолюбием нескромным.О нет!мой стих не мог молчать:На нем легла твоя печатьС раздумьем тягостным и томным.Не говорю тебе — прости!Твоя судьба — одной цвести;Да мимо идет зов мятежный.Как в жизни раз, и в песни тожТы раз мне сердце потревожь —И уносись прекрасной, нежной!И завтра светлый образ весьИсчезнет там, исчезнет здесь,Про твой удел никто не спросит, —И запах лилии ночнойНе досягнет луны родной:Полночный ветр его разносит.1847
«Под палаткою пунцовой…»
Под палаткою пунцовой,Без невольников, один,С одалиской чернобровойРасстается властелин.— Сара, гурия пророка,Солнце дней, источник сил,Сара, утро недалеко —И проснется Азраил.Где-то завтра после боюСнова ноги подогнуИль усталой головоюБеззаботно отдохну?С новой ночью, с новой кущей,Пылкой страсти вопреки,Не коснусь твоей цветущей,Нарумяненной щеки.Пред тобою на бездельиСвой кальян не закурюИ в глаза твои газельи,Полон дум, не посмотрю,И рукой моей усталойУ тебя не обовьюЧерных кос по феске алойЧешуйчатую змею.1847
Эоловы арфы
Он
По листам пронесся шорох.Каждый миг в блаженстве дорог,В песни — каждый звук:Там, где первое не ясно,Всё, хоть будь оно прекрасно,Исчезает вдруг.Она