Полное собрание стихотворений

  
«Я потрясен, когда кругом…»
 
 
Дух всюду сущий и единый…
 
Державин
 
 
 
Я потрясен, когда кругом
 
Гудят леса, грохочет гром
 
И в блеск огней гляжу я снизу,
 
Когда, испугом обуян,
 
На скалы мечет океан
 
Твою серебряную ризу.
 
 
 
Но просветленный и немой,
 
Овеян властью неземной
 
Стою не в этот миг тяжелый,
 
А в час, когда, как бы во сне,
 
Твой светлый ангел шепчет мне
 
Неизреченные глаголы.
 
 
 
Я загораюсь и горю,
 
Я порываюсь и парю
 
В томленьях крайнего усилья
 
И верю сердцем, что растут
 
И тотчас в небо унесут
 
Меня раскинутые крылья.
 
 
29 августа 1885
  
«Прости — и всё забудь в безоблачный ты час…»
 
 
 
Прости — и всё забудь в безоблачный ты час,
 
Как месяц молодой на высоте лазури;
 
И в негу вешнюю врываются не раз
 
Стремленьем молодым пугающие бури.
 
 
 
Когда ж под тучею, прозрачна и чиста,
 
Поведает заря, что минул день ненастья, —
 
Былинки не найдешь и не найдешь листа,
 
Чтобы не плакал он и не сиял от счастья.
 
 
26 декабря 1886
  
Светоч
 
 
 
Ловец, все дни отдавший лесу,
 
Я направлял по нем стопы;
 
Мой глаз привык к его навесу
 
И ночью различал тропы.
 
 
 
Когда же вдруг из тучи мглистой
 
Сосну ужалил яркий змей,
 
Я сам затеплил сук смолистый
 
У золотых ее огней.
 
 
 
Горел мой факел величаво,
 
Тянулись тени предо мной,
 
Но, обежав меня лукаво,
 
Они смыкались за спиной.
 
 
 
Пестреет мгла, блуждают очи,
 
Кровавый призрак в них глядит,
 
И тем ужасней сумрак ночи,
 
Чем ярче светоч мой горит.
 
 
16 августа 1885
  
«Нет, я не изменил. До старости глубокой…»
 
 
 
Нет, я не изменил. До старости глубокой
 
Я тот же преданный, я раб твоей любви,
 
И старый яд цепей, отрадный и жестокой,
 
Еще горит в моей крови.
 
 
 
Хоть память и твердит, что между нас могила,
 
Хоть каждый день бреду томительно к другой, —
 
Не в силах верить я, чтоб ты меня забыла,
 
Когда ты здесь, передо мной.
 
 
 
Мелькнет ли красота иная на мгновенье,
 
Мне чудится, вот-вот, тебя я узнаю;
 
И нежности былой я слышу дуновенье,
 
И, содрогаясь, я пою.
 
 
2 февраля 1887
  
«Светил нам день, будя огонь в крови…»
   
 
 
Светил нам день, будя огонь в крови…
 
Прекрасная, восторгов ты искала
 
И о своей несбыточной любви
 
Младенчески мне тайны поверяла.
 
 
 
Как мог, слепец, я не видать тогда,
 
Что жизни ночь над нами лишь сгустится,
 
Твоя душа, красы твоей звезда,
 
Передо мной, умчавшись, загорится,
 
 
 
И, разлучась навеки, мы поймем,
 
Что счастья взрыв мы промолчали оба
 
И что вздыхать обоим нам по нем,
 
Хоть будем врознь стоять у двери гроба.
 
 
9 июня 1887
  
«Когда читала ты мучительные строки…»
 
 
 
Когда читала ты мучительные строки,
 
Где сердца звучный пыл сиянье льет кругом
 
И страсти роковой вздымаются потоки, —
 
Не вспомнила ль о чем?
 
 
 
Я верить не хочу! Когда в степи, как диво,
 
В полночной темноте безвременно горя,
 
Вдали перед тобой прозрачно и красиво
 
Вставала вдруг заря
 
 
 
И в эту красоту невольно взор тянуло,
 
В тот величавый блеск за темный весь предел, —
 
Ужель ничто тебе в то время не шепнуло:
 
Там человек сгорел!
 
 
15 февраля 1887
  
«Всё, всё мое, что есть и прежде было…»
 
 
 
Всё, всё мое, что есть и прежде было,
 
В мечтах и снах нет времени оков;
 
Блаженных грез душа не поделила:
 
Нет старческих и юношеских снов.
 
 
 
За рубежом вседневного удела
 
Хотя на миг отрадно и светло;
 
Пока душа кипит в горниле тела,
 
Она летит, куда несет крыло.
 
 
 
Не говори о счастье, о свободе
 
Там, где царит железная судьба.
 
Сюда! сюда! не рабство здесь природе —
 
Она сама здесь верная раба.
 
 
17 июля 1887
  
«С солнцем склоняясь за темную землю…»
 
 
 
С солнцем склоняясь за темную землю,
 
Взором весь пройденный путь я объемлю:
 
Вижу, бесследно пустынная мгла
 
День погасила и ночь привела.
 
 
 
Страшным лишь что-то мерцает узором:
 
Горе минувшее тайным укором
 
В сбивчивом ходе несбыточных грез
 
Там миллионы рассыпало слез.
 
 
 
Стыдно и больно, что так непонятно
 
Светятся эти туманные пятна,
 
Словно неясно дошедшая весть…
 
Всё бы, ах, всё бы с собою унесть!
 
 
22 августа 1887
  
«Одним толчком согнать ладью живую…»
 
 
 
Одним толчком согнать ладью живую
 
С налаженных отливами песков,
 
Одной волной подняться в жизнь иную,
 
Учуять ветр с цветущих берегов,
 
 
 
Тоскливый сон прервать единым звуком,
 
Упиться вдруг неведомым, родным,
 
Дать жизни вздох, дать сладость тайным мукам,
 
Чужое вмиг почувствовать своим,
 
 
 
Шепнуть о том, пред чем язык немеет,
 
Усилить бой бестрепетных сердец —
 
Вот чем певец лишь избранный владеет,
 
Вот в чем его и признак и венец