"Фантастика 2025-76". Компиляция. Книги 1-35 (СИ)
— Опять кого из нас подозреваешь, бубнилка? — не оборачиваясь, недобро рыкнул Ратибор.
— Как глава Тайной Канцелярии, я обязан прощупать все варианты…
— А те, что я озвучил сейчас, ты уже щупал, а? Или щупальца ещё не дошли, щуплый ты наш?..
— Обижаешь, Ратиборушка, усё обдумано-передумано, все под наблюдением денно и нощно! Лучшие силы брошены, так сказать!..
— Если твои лучшие силы состоят из таких же горемык, каких ты к нам с рыжиком приставил давеча, то дела у канцелярии вашей таинственной довольно плохенько идут, я тебе доложу… — Мирослав скептически покачал русой гривой, после чего задумчиво продолжил: — Из прислуги-то не мог кто, Емеля, напакостить князю? Может, обидку какую затаил на Свята?
— Кто же их знает… — тяжело вздохнул новоиспечённый главарь ищеек Мирграда. — Вроде проверили всех, и не по разу… Люди надёжные, не первый год во дворце горбатятся… Как и все те, кого ты, Ратиборушка, перечислил пару минут назад… Видимой причины так невзлюбить что князя, что тебя у них нет… Если и заставили их пойти супротив дяди, так только под давлением… Но вообще, мне кажется, зря мы все яички в одну корзину сложили! У Святослава, думается, свои недоброжелатели имеются, а у тебя, медвежонок, свои… Например, тот же тёмный волхв! Если бы он хотел владыку Мирного города травануть, то явно легко бы это сделал, как мне мыслится. Значится, непричастен в данном случае! А вот заказик на твою ряху повторить… Почему бы и нет⁈ Ничто людское чародеям не чуждо, в том числе и самые простые способы умерщвления… Денег у Мельванеса явно куры не клюют, а вот как самочувствие его после вашей последней встречи, это вопрос!.. Поди, слаб сейчас? Отлёживается, в себя приходит… Оттого и решил заполучить твой кочан с помощью лихих головорезов…
— Хм… На редкость стройные умозаключения, Емелька! — Ратибор удивлённо хмыкнул. — Гладко излагаешь, логично… Я сам на него, было дело, подумал поначалу, но после отбросил мыслю эту… Теперича кумекаю, что, возможно, и зря! Поспешил…
— Благодарю на добром слове, Ратиборчик! — скромно пробурчал главный мирградский сыскарь. — Рад, что ты, наконец-то, оценил… Жаль только, что «на редкость»… Надо бы исправляться… мне.
— В общем, — подводя итог, промолвил Мирослав, — вариантов хватает и без Тихомирки…
— Ты сам-то веришь, друже, что кто-то из них способен на такое? — угрюмо проворчал Ратибор.
— Не-а! Но рычаги давления, как правильно талдычит Емеля…
— Да идите вы в баню со своими рычагами, что ты, что этот новоявленный нюхач! Носяра ещё не дорос такие должности занимать да короб с мозгами пустоват малость! — гневно взорвался рыжебородый витязь. — Куда ни плюнь, одни головастики кругом! Все прям шибко умные, страсть! Два вершка от горшка, а мнят о себе бог весть что!
— Ты чего, Ратик, сам на место Зедамира метил, что ль?.. — растерянно захлопал глазами Емельян, озадаченно при этом почесав свою белобрысую макушку.
— Ты чего, белены хапнул пучок⁈ Да сдалось оно мне, как седло поросёнку! — фыркнул пренебрежительно Ратибор. — Но это не отменяет того факта, что на таких должностях люди обязаны опытные сидеть, прожжённые, так сказать, то есть не один пуд соли слопавшие на делах сыскных, а ты до сих пор в розовых облаках витаешь, как дитя неразумное, уж без обид!
— Какие обиды⁈ Ты прав, дружище, тысячу раз прав, — неожиданно Емельян согласно крякнул, к вящему удивлению обоих приятелей. — Вот коли не смогу найти того, кто безобразничает, сам уйду в отставку… Так сказать, по собственному желанию! Значит, не моё, коль не справился!.. Чего шаровары зазря протирать на скамье, что не под тебя выстругана…
— Ловлю на слове, Емеля, — буркнул негромко Ратибор. — Осторожен только будь! Как показали последние события, умертвить человека нашему злодею хитрозадому, как тебе окропить берёзку жёлтеньким…
— А меж тем ни на пядь не приблизились мы к разгадке того, кто, если не Добран, — наш грызун, — Мирослав сокрушённо вздохнул. — Да и каши в головушке только прибавилось…
— Это точно… — задумчиво пробормотал рыжеволосый воин, потрепав по холке своего красавца коня. — Если верить Емеле, то не прав я насчёт Тихомира… А это значит, что не там копал всё это время… Прах и пепел, вот ведь дерьмо Карачуна!.. Вернёмся, надо всех прошерстить ещё по новой, всех обитателей терема! Слышишь, раскудрявый непоседа? Всех!
— Слышу, сделаем, — с тяжёлым вздохом отозвался слегка упавший духом Емельян. — Ибо если не выгорит у меня, не видать нам с Жилькой своей избушки в ближайшие лет десять… Должность писаря как-то не особо в почёте; заработать на ней можно разве что на ночной горшок да на миску супа…
— Не смей вешать нос, Емеля! — попытался приободрить княжьего племяша Ратибор. — Найдём мы этого мерзавца, не сомневайся! Пора плотно заняться нашей крыской, как я погляжу!.. А то эта подлюка вечно будет выливать нам помои под ноги… Или чего похуже!.. Так ведь и поскользнуться можно!
Тихой сапой трое приятелей продолжали своё путешествие по Соколиному тракту. Бобруйская слобода, а вместе с ней и Проклятая долина с располагавшейся в ней заброшенной деревушкой Твердоземье с каждым мигом всё приближались да приближались. И отчего-то друзьям становилось всё тревожнее и тревожнее, как будто кошки на душе скребли. Каждого из них снедало нехорошее предчувствие, что поход этот будет не столь простым да безоблачным, как могло показаться им поначалу.
Глава 8
Бобруйская слобода
Вечерело. Багряное светило неумолимо клонилось к закату, медленно, но верно забирая с собой невыносимый июльский зной. Оливена, продираясь сквозь лесную чащобу, бежала так быстро, как только могла, при этом периодически спотыкаясь и испуганно всхлипывая. Семнадцати лет от роду, молодая русая красавица мчалась прочь от располагавшейся недалече родной деревеньки Бобруйки, не обращая внимания на хлеставшие её по неприкрытым, оголённым ножкам крапиву с репейником да больно впивающиеся периодически в босые пятки хвойные шишки, колючки да сучковатые палки. Простое летнее льняное платьице на встревоженной не на шутку сельчанке оказалось местами подрано; причём явно не только дремучий лес был в этом повинен. Девушка бежала куда глаза глядят, не шибко хорошо имея представление, где же она находится сейчас. Знала объятая страхом лебёдушка лишь одно: надо убираться прочь, прочь от своего родного дома! Но куда⁈ Оливена остановилась и напряжённо огляделась, автоматически проведя пальчиками по царапине на правой щеке, образовавшейся от стеганувшей ей по симпатичному личику еловой ветки.
«К Соколиному тракту надо! — озарила юную деву внезапно такая простая и вместе с тем правильная мысль. — Где-то там через дорогу, вёрстах в двух чуть западнее, если напрямки мчаться, через бурелом, избушка заброшенная стоит отошедшего в мир иной с два года назад старого отшельника Вутимора! Пережду пока в ней, а там видно будет…»
— Куда же ты так скачешь прытко, моя прекрасная косуля⁈ — раздавшийся недалеко противный, скрипучий голос заставил её в ужасе вздрогнуть и обернуться. К ней, заходя с четырёх сторон, торопливо приближались, злобно щерясь в предвкушении скорой потехи, пятеро норманнов. Обросшие, грязные, потные, голые по пояс викинги, разрисованные непонятными татуировками, более походили на каких-то беглых висельников, чем на суровых воителей, каковыми они когда-то являлись. Собственно, именно от них симпатичная девчушка и дала такого знатного стрекача в непролазную чащу. Но те таки разыскали её средь дремучего леса и теперь, двигаясь к Оливене с плотоядными ухмылками, явно намеревались получить своё. Затравленно взвизгнув, русоволосая прелестница, как стремительная лань, понеслась в сторону Соколиного тракта, до которого оставалось всего ничего.
«Надо сейчас прошмыгнуть мимо этих негодяев, а после перемахнуть через тропу пернатую и ломануться на ту сторону, вдоль родничка, который аккурат недалече от домишки отшельника протекает, — лихорадочно размышляла юная красавица. — Там они меня точно не найдут! Схоронюсь в избёнке до утра, а опосля по дороге в сторону столицы ломанусь! Авось повезёт и встречу кого!..»