"Фантастика 2025-107". Компиляция. Книги 1-18 (СИ)

Стрелков и приданную им в качестве хилера Хадежу я посадил на легко бронированных животных, кольчужный доспех которых увеличивал броню до полутора тысяч и снижал максимальную скорость галопа всего на пять километров в час. Остальные, включая мага, гарцевали на закованных в латную броню маунтах — показатель брони около трех тысяч и максимальная скорость галопа — сорок километров в час, которая, впрочем, позволяла Айму и Сурату ударом пики наносить около ста шестидесяти тысяч урона. У танков урон был в полтора раза ниже, но, учитывая, что даже экипированная в латы нежить редко имела коэффициент поглощения физики более сорока процентов, этого должно было хватить, чтобы с одного удара свалить практически любого равноуровневого противника. Поначалу я разделил своих демонов на две равные группы и кратко рассказал Сальте о приемах конных лучников то, что знал из книг. Айму ничего рассказывать не пришлось, тут и так все было понятно: ударная группа из танков и бойцов ближнего боя впереди, хилеры и Риис сзади.
  
Некоторое время я понаблюдал со стороны, как отряд Сальты кайтит паки нежити, расстреливая их с безопасного расстояния, и решил выдать каждому из лучников по пике. Дело пошло значительно веселее: когда противников оставалось по числу стрелков, группа разворачивалась и одним наскоком ставила точку в бою. Несмотря на то что наносимый физический урон у стрелков со всеми улучшениями был примерно на тридцать-сорок процентов выше, чем у бойцов ближнего боя, удар пикой у них проходил с коэффициентом 0,5, чего было вполне достаточно, чтобы отправить на повторное перерождение любого скелета-латника. Некоторые проблемы возникали с дебаффами — Хадежа в одиночку не всегда успевала их оперативно снимать, но все это происходило в допустимых пределах, поэтому я не особо заморачивался.
Спустя пару часов я объединил группы и начал совместную тренировку. Сразу стало совсем скучно — паки нежити сто семидесятого уровня просто взрывались за считаные секунды: таранный удар выносил треть пака сразу, а охватывающие по флангам стрелки добивали оставшихся в упор. Я погонял своих бойцов еще около часа и, когда солнце коснулось верхушек деревьев, приказал возвращаться в Балану.
Ночью небо затянуло тучами, а перед рассветом пошел мелкий и частый дождь. Утром мы наскоро позавтракали и тронулись в путь вместе с обозом беженцев.
Каждый из нас хотя бы раз в жизни переезжал с одного места на другое. Большинство людей сходятся во мнении, что переезд — это серьезный стресс для любого, а психологи сравнивают его с парой пережитых пожаров или катастроф. Сам я никогда не боялся менять места проживания и работы и относился к этому исключительно позитивно, поскольку связывал с переездом на новое место получение новых эмоций и возможность начать очередной этап в своей жизни с чистого листа. Но сегодня мне было грустно покидать обжитое место и жаль было собравших скудные пожитки и устремляющихся в неизвестность крестьян. Мужчины бодрились, женщины плакали, дети, с ног до головы закутанные в плащи, с тоской смотрели в сторону уменьшающейся в размерах родной деревни, но все понимали, что иного выхода у них нет, и прощались со своим прошлым, а хорошим оно было или плохим — неважно.
Паки нежити, по пятнадцать-двадцать мобов в каждом, стоящие на дороге через каждые двести метров, продвижения обоза не замедлили, а под конец вообще перестали встречаться, поэтому путь в двадцать километров мы преодолели примерно часов за семь.
— Плохо дело. — Гверт, последние несколько километров ехавший рядом со мной, одной рукой прикрыл лицо от стекающих с капюшона капель, а второй указал на вытянувшуюся из ворот форта вереницу уходивших на запад фургонов. — Что-то произошло, и, боюсь, это что-то нас не обрадует, — тяжело вздохнул староста.
Фарот был похож на форты Дикого Запада — квадратное, обнесенное пятиметровым частоколом укрепление, со стороной метров в триста. Восемь сторожевых башен: четыре по углам квадрата и четыре в середине каждой стены были достаточно большими, чтобы разместить на каждой из них примерно по двадцать лучников, вот только ни на одной из них — даже на той, что одновременно выполняла функции ворот, — никаких стрелков я не заметил.
— Почему ты так решил? — я уже предполагал, что к моему появлению в Фароте управляющий искин приготовил для меня что-то особенное, но верить в это совсем не хотелось.
Нет, я, конечно, понимаю, что являюсь единственным игроком в княжестве, а скорее всего, и во всех Землях демонов, вряд ли Чейни засунул сюда еще кого-то, кроме меня. А поэтому местные искины наперебой предлагают мне такие квесты, которые при других обстоятельствах я бы никогда не получил. Но беда в том, что управляющий искин эти самые квесты никак не сортирует — ему глубоко положить, один я тут или нас пятьсот человек, вот и выдает зачастую такое, что хоть стой, хоть падай. С трудом сдержав волну ярости, накатившую на меня, когда я вспомнил ублюдка, из-за которого здесь оказался, я несколько раз глубоко вздохнул и слегка изменившимся голосом повторил свой вопрос:
— А что не так с этим Фаротом?
— Не пугай меня, дар, — конь старосты резко отпрянул в сторону, а сам Гверт сделал отвращающий знак рукой. — Ты меня заикой оставишь, а как мне тогда людьми управлять? И как только твои бойцы еще не разбежались?..
— Ты о чем?
— Ты иногда в зеркало смотрись! Видел бы ты сейчас свои глаза, — староста, выправив испуганно косящегося в мою сторону коня, кивнул в сторону укрепления. — В Фароте раньше гарнизон стоял — три сотни легионеров с лучниками, а посмотри сейчас… Чтобы дар Эйнар на ворота сопляков поставил, да не бывало такого никогда! Он хоть и сам молод, но командир отличный — сотником у сатрапа Горма ходил, в полутысяче своего отца — пока тот не погиб. Я же рассказывал тебе, что со стороны Суоны приходило войско…
— И ты думаешь, что на Фарот было нападение?
— Я в этом уверен, — вздохнул Гверт, — чувствую, придется нам двигать в сторону Хантары.
Когда нашему обозу до форта оставалось метров пятьдесят, один из стражей ворот, перехватив левой рукой копье, правой указал в нашу сторону и закричал:
— Эй, это тот самый дар на своей свинюке! Тилька, беги к командиру, доложи ему! Да шевели булками, ты кабанов не видела, что ли?
Второй стражник оказался молодой, курносой девчонкой, которая после окрика товарища перестала удивленно таращиться на Мрака, повернулась и побежала куда-то внутрь форта.
— Симпатичные у них тут охранники, — улыбнулся выехавший из-за моей спины Риис и, заметив мой недоуменный взгляд, тут же поправился: — Я про того, что убежал.
Оставшийся у ворот молодой парень протиснулся между выезжающими из форта фургонами, громко высморкался на землю и, поправив сползающий на глаза шлем, проорал:
— Кто такие?
— Ты ж только что сам орал про «дара на свинюке», — слегка наклонив голову, внимательно посмотрел на него я, — никак уже позабыл?
— Попал ты, парень, — с сожалением в голосе произнес Риис, пока демон раздумывал над ответом. — Это ж не простой кабан, и он очень обижается, когда его путают со свиньями. Тебе бы понравилось, если бы тебя кто бабой назвал? Вот то-то, — притворно тяжело вздохнул маг. — А учитывая, что этого замечательного кабана вручила нашему дару сама богиня отмщения, он просто обязан будет тебе за эти слова мстить.
Мрак, почувствовав, что речь идет о нем, громко фыркнул, повел своей массивной башкой из стороны в сторону и сделал пару шагов к попятившемуся парню.
— Не! Я ничего такого не имел в виду! — слегка севшим от волнения голосом пробормотал молодой демон. — Я же со всем уважением, у нас тут про вас, дар, и про вашего кабана такие истории рассказывают…
  
— Что тут происходит? — решил прекратить этот концерт я.
— Так побили нас сильно, три дня назад нежить приходила! — Тут же забыв о кабане, нахмурился парень. — Нас всего-то чуть больше полусотни осталось, а еще беженцы эти, — он кивнул в сторону медленно катящихся на запад фургонов. — В укреплении же все, кто выжил, с окрестных деревень собрались…. Только что вернулись дальние разведчики и сказали, что сюда полутысяча тварей идет, а с ними четыре чудовища.