"Фантастика 2025-114". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)
Впрочем, даже на выбор было что ставить. Например, хранилище, что развернувшись сразу на две тонны будет, при нём, внутри свёрнутого хранилища, три амулета может быть. Пригодятся. Было раньше хранилище, совмещённое с амулетом управления големами, но там сбои пошли, глюки, пара носителей померло, и этот проект закрыли. Однако маги недавно новинку выдали. Много минусов, но всё перекрывает несомненный плюс. Эту новинку мне и поставили. Для начала при запуске, хранилище с нуля начинает работать, как запустишь кач. В день десять кило. Стандарт. Впрочем, это все минусы. Да и минусами я это не считаю, хранилище может качать долго, полгода и вот ваши две тонны, просто время дать надо. А вот амулеты ниоткуда не берутся, в отличии от размеров хранилища. Да, такое хранилище, что с нуля начинается, может внутри семь амулетов хранить. Почему-то только так. Эту проблему маги решают, но решить не успели. Амулеты подобраны толково. Самые мощные и лучшие. Личной защиты, зарядки накопителей, лекарский с функцией диагноста, мощный сканера, ночного и дальнего виденья, климат-контроля и боевой, что работает воздушными лезвиями. Правда, получу доступ к амулетам, они раскроются, когда хранилище хотя бы на пятьдесят кило накачает объём. Я же говорю мелочь, а не минусы. Вот такие дела. А тут вдруг война, да под баззеры тревоги, на борт станции проникли диверсанты и штурмовые группы противника. Всё это в течении часа, как узнали о войне и этот штурм. Всё явно спланировано было. Дядя знал или подозревал. Пока дядя с работниками центра уничтожал всё секретное, а большинство пихал к себе в личное хранилище, особенно из спецхрана, я рванул в туалет. Ну вот припёрло и всё тут. А дальше ликвидация станции, это точно наши, противнику это край как не надо, и темнота. Что ж, здравствуй перерождение. Интересно, куда я попаду? Да, дядя сказал, где бы не оказался, стоит громко сообщить о себе, чтобы меня потом могли найти. Я могу в любом мире переродится, даже магическом. От этого и буду отталкиваться. Кстати, не всем своим людям дядя сделал такие предложения, только доверенным. И когда тот сможет, будет искать их. И меня тоже.
* * *Приходить в себя было тяжело. Я дрожал от холода, сжавшись под мокрым шерстяным одеялом, и чуть ли не выкашливал лёгкие. Это первое что я ощутил, когда очнулся.
Думать тяжело было, тело явно сильно больное, что видимо и облегчило заселение. У меня сил даже радоваться не было. Надо же, а дядя прав, я переродился. Теперь задача выжить, держать нос в табаке и стать известным, чтобы как маяк в ночи. Это позволит меня найти. Пока же стоит дождаться запуска хранилища, это двое суток, потом ещё пять, пока на руки не получу доступ к амулетам, особенно лекарскому. Как бы не загнуться к этому времени. Откинув одеяло, я сел, и пошатываясь встал, беря тело под контроль. Прошлый же владелец загнулся, как я теперь понимаю. Пока плохо получалось, но перевернуть матрас, сухой стороной вверх, а также подушку, смог сделать, и снова лечь, закутавшись в одеяло. На тумбочке холодная каша в жестяной тарелке, и остывшее подобие чая в кружке. Вот и стал быстро есть, нужен материал, хотя еда чуть обратно не пошла. Но мы Райновы своё не отдаём, тем более съеденное. В окно я видел качающуюся лампу, под шум метели и снегопада. Зима. Кажется, это Союз. Я на Земле получается. Интересно, в кого попал и в какое время? То, что это больничка вижу, но уж больно зачуханная. О кстати, стянул с себя полосатую робу, мокрая. Бросил на тумбочку, и продолжил трястись. Одеяло совсем не грело, хотя мокрую часть на ноги кинул. А на тело посуше. Тут ещё в туалет так припёрло, что хоть криком кричи. Может утку поискать? Я кстати к туалетам теперь насторожено отношусь. В один зашёл, так мало того что меня в нём испепелило, так ещё защемил. Не знаю даже, что страшнее. Шутки шутками, а действительно припёрло.
По счастью сосед закряхтел на койке и сел, шаря ногами по полу. Я тут же повторил его движения. Сунув ноги в холодные боты, по размеру куда больше. Вместе с ним, укутавшись в одеяло, и пошёл в туалет. Не ошибся, туда и шли. В углу у входа ведро с крышкой, туда тот звеня и стал отливать. Я своей очереди ждал. Полосатая роба, что на мне была, насторожила, номера на груди не нашёл, но чую я в сидельца попал, знать бы где. А теперь соседа бы разговорить. Хотя бы предварительно понять, куда попал. Вот я ему почти в спину и задал вопрос:
— Плохо помню, сознание плавает. Мы знакомы?
— Нет, — буркнул тот. — Вон у окна парень лежит, вы с ним общались.
Мужику было ближе к пятидесяти, такой плотный, судя по покашливанию, тоже простыл. Так что сменив его у ведра, сам наконец-то сбросил лишнюю жидкость. Закрыв ведро крышкой, я прошёл к указанному парню. Мужик уже скрипел койкой, пытаясь уснуть. Я же растормошил парня, благо спал тот чутко и сразу проснулся.
— Ты, Ваня? Ты чего?
Света от уличного фонаря было немного, но тот хорошо меня рассмотрел и сразу узнал. Значит меня Иваном зовут? Теперь так зовут, буду привыкать.
— Сознание плавает, не помню даже как зовут. Напомни, где мы и какой год?
— Ох ты ж, — тот сил на койке, спустив ноги, и всё же пояснил. — Иван Райнов ты. Мы в концлагере Заксенхаузен. Сейчас февраль сорок второго. В плену мы. Сюда как особо опасных и склонных к побегу привезли.
— О как? Спасибо, ты очень помог.
Шаркая ботами, я вернулся к своей койке, та уже остыть успела, холодно ложится было, но я лёг, закутавшись в одеяло, и сжавшись в комок, так теплее, хотя в комнате не сказать, что прям мороз. Трубы отопления у стены грели, пар изо-рта не вырывался. Однако многое действительно стало ясно. Я попал в своего предка. Если так посмотреть, я попал в своего прямого предка, нас разделяло больше двухсот лет. Ну понятно, что это не наш с дядей предок, мы от него ведём древо, параллельный мир, но для нас не важно какие миры, все родные. Тут я дядю поддерживал. Что я помню про деда? Да немало, хорошо изучил его биографию. Не только у нас, дядя собирал, но и во многих параллельных мирах, что были открыты. Додумать не успел, так сотрясаясь часто от кашля, меня и вырубило. Уснул как-то незаметно.
Очнулся в той же палате, под двумя одеялами, кто-то накрыл, похоже тот знакомый, что вчера мне объяснил в кого я попал. Сидит на койке и из тарелки наяривает. Одеяла рядом нет. Так что откинув одеяла, со всеми поздоровавшись, только трое ответили, тот ссыкун вчерашний, знакомый что одеялом поделился и ещё один, лет тридцати. Остальные, как я слышал, на английском общались. Ещё один вроде француз. Ну да, тут в лагере кого только не держат. В общем, я решил подкормить ослабленный организм. Рядом стояла тарелка на тумбочке, сначала чай выпил, пить очень хотелось, а это морковный чай оказался. Потом к ещё теплой каше приступил, сечка на воде, но есть можно. К ней два кусочка ноздреватого, не особо хорошо пропечённого хлеба. Ну и пока мы все насыщались, в открытом проёме двери мелькал доставщик, что пищу принёс, по полосатой робе тоже из заключённых, сам стал вспоминать историю жизни прадеда. В той версии где мой мир был. Жил в Ярославле, мама-папа, и младшая сестра Олеся, родственников хватало, в начале лета сорок первого закончил десять классов. А на следующий день началась война. Все недавние школьники конечно же побежали в военкомат, вот и дед тоже. Деда отправили в командирское училище, в школу младших лейтенантов, на командиров стрелковых взводов учили. Благополучно закончил в конце сентября, и начал участвовать в Московской битве. Два месяца активно воевал, и вроде неплохо, даже удалось поучаствовать наступлении. А на пятый день его взвод вырвался вперёд, вошли в город, там встречная контратака, и после рукопашной, где его скрутили, и пошёл в плен своим ходом. Там в вагоне для командиров в тыл. В пути на пересыльном пункте тот с приятелями напал на конвоиров, почти додушил своего, когда подбежавшие немцы отбили своих. Как склонных к побегам, и вообще фанатиков, их побив, отправили дальше в тыл. Лагерей для командиров и на захваченных территориях хватало, да в Польше, но деду одному не повезло, под Берлином в концлагере тот оказался. Тут генералы и ниже до майоров, а он один младший лейтенант.