"Фантастика 2025-114". Компиляция. Книги 1-32 (СИ)

Крыло твари, словно десяток собранных вместе ножей, одним взмахом отсекло обе кисти Медведеву, а затем метнулось в мою сторону. Судорожно загоняя патрон в ствол, я успел отметить, что тварь летает не на крыльях, а на ранце что за спиной, и зачем ему крылья — решительно непонятно. Но эти мысли были лишь защитной реакцией организма.
Я успел выстрелить, но это ничего не решило. Молниеносно сдвинувшись в сторону, он ушёл от пули, оказался рядом и вновь взмахнул крылом. И в этот момент потерял равновесие и шагнул вперёд, и только после этого до меня долетел звук выстрела. За спиной твари в нескольких метрах, стоял Волков с моим карабином.
  
— Жизнелюбивые. Вы станете неплохим материалом, — раздался из-под шлема довольный голос врага, но договорить ему не дали. Второй снаряд заставил его уйти в манёвр и уклониться, отлетев от меня на шаг. Но это ровным счётом ничего не значило. Противник взял разгон, намереваясь обрубить мне левую руку, и в этот момент, собравшая последние силы, Борзая сделала рывок.
Великолепный, невозможный рывок вперёд, оставляя за собой огненный след из постепенно тлеющих в воздухе искр. Но главное — она била наверняка. Не туда, где враг есть, а туда, где он только будет. И огненный клинок разрубил спину и бок атаковавшего меня монстра.
Потеряв равновесие и тягу, он рухнул, прокатился по бетонным плитам, но мгновенно поднялся, держа нас всех в прицеле восьми глаз. С одним крылом, лишившись маскировки и возможности летать, он всё ещё оставался смертельно опасным противником. А, может, наоборот, только сейчас таковым стал. Ведь до этого момента он не хотел нас убивать, мы нужны ему живьём. Были.
— Бей по руке! В пушку! — крикнул я, понимая, что стоит ему захотеть, и ни одного выжившего на пяточке не останется. Волков послушался, выстрелил ровно в цель.
— Ну нет, — усмехнулся враг, в последнюю долю секунды отбив снаряд крылом, которое лишь немного дёрнулось от страшного удара. — Носители хаоса и технологий. Кто бы мог подумать, что где-то такое возможно. Ваше сопротивление бесполезно. Сложите оружие, и мне не придётся вас калечить.
— Может, и бесполезно. Но мы не собираемся сдаваться. Никогда! — крикнул я, наведя пистолет на тварь.
— Вы беспомощны, как и любая органическая форма жизни, — ответил он, мгновенно сместившись. В сторону, но я не выстрелил. Отдавшись чувствам и инстинктам, я замер, словно большая кошка перед решающим прыжком на охоте. Подобрался, но не стрелял, ждал, пока враг остановится. Покажет своё движение.
И он показал. Совершенно наплевав на всё, он просто рванул прямо ко мне. По прямой. Я выстрелил. Знал, что это без толку, что ничего не будет, но выпустил снаряд прямо ему в лоб. Он легко отбил пистолетную пулю, затем ещё одну, оказался на расстоянии вытянутой руки, замахнулся… и тогда я выжал спуск до конца, выпуская патроны сразу из двух стволов.
Зачарованная пуля, последняя такого калибра, пробила череп твари насквозь. Так что в дыре было видно не только тёмное небо с клубящимися тучами, но и искрящийся фиолетовый мозг. В отличие от остальных тварей, даже старших, он не щеголял пустой черепной коробкой. Вместо этого у него был плотный, словно отлитый из металла мозг. Только реакции это не произвело никакой.
Урод сделал последний шаг, выбил у меня из руки пистолет и схватил за горло так же, как Медведева несколькими секундами ранее.
— Жалкие голые обезьяны, спутавшиеся с хаосом, — донёсся из-под шлема насмешливый голос. Волков выпустил последний снаряд в магазине, но враг легко отбил его крылом. — Вы — прошлое, уродливое, воняющее нечистотами и потом. А я — будущее. Высокотехнологичное, высокопродуктивное. Бессмертное. Сдавайтесь, у вас нет ни единого шанса. Я обеспечу вам надёжный квалифицированный уход, вы будете до конца своих дней жить в лучшем мире.
— Не соглашайтесь, это иллюзия! — крикнула Ольга, почти повторив мои мысли. Я бы и сам с удовольствием сказал, да вот незадача, болтался над землёй, с ломающей гортань стальной лапой на шее.
— Для вас это станет реальностью! Лучшей из возможных. Что бы вы ни пожелали, вы это получите. Всё что угодно. Вы проживёте очень долгую и насыщенную жизнь. Все ваши животные потребности будут удовлетворены. Это куда лучше, чем постоянно находиться под страхом полного уничтожения. А ваши мысли станут вашими детьми. Вашими потомками, и они будут жить вечно.
— Какое щедрое предложение, даже не знаю, как от него отказаться, — с горькой ухмылкой сказал Волков, перехватывая мой драгоценный карабин как дубину.
— Так не отказывайтесь! Ваш правитель — просто идиот. Я предложил ему миллион ваших жителей, самых бесполезных, стариков и детей, в обмен на все наши технологии. На армии, что будут служить вам вечно. Но он отказался! Да ещё и убил моего посла! Если бы только он просто предложил рай на земле для добровольцев, уверен, что они бы согласились.
— Никогда! — гордо ответила Ольга, выпрямляясь. Выглядела она бледно, на лбу и висках выступила испарина, но княгиня держалась до последнего.
— Верно… — прохрипел я, нащупывая рукоять кинжала и мысленно взывая к мелкому паршивцу, решившему так не вовремя проигнорировать схватку. Ну же, полосатый, где ты? Нам нужна твоя сила. Иначе всё…
— Это глупо, хоть и совершенно по-человечески. Эти идиоты, наши соседи по миру, тоже не пожелали сдаваться. До последнего зооморфа. А люди, — по его движению было явно понятно, что он хочет сплюнуть на землю., да только устройство его организма исполнить такое уже не позволяло, — тупые скоты, не понявшие прогресс. Предатели, бросившие наш мир в ковчеге. Скорее всего, погибшие после первого же перехода. Что ты пытаешься произнести, мешок с костями?
— Никогда. Не. Сдавайся, — сумел выдавить я из себя, когда хватка немного ослабла, а в следующую секунду вонзил кинжал в бок урода. НУ⁈
— Тупые животные… я же говорил. Я бессмертен. У меня нет печени, сердца и даже мозга, который вы в состоянии поразить. Я — следующая ступень эволюции, — покачал он головой. — Вы же — лишь материал для её окончательного свершения. Вы обречены на рабство и вымирание. Но я спасу стольких из вас, скольких сумею. А ваше абстрактное мышление и способность к иррациональному позволят нам пройти все стадии технической революции и создать её вершину. Возобновить производство нанитов. Увы, для этого вы нужны мне живыми. А ещё пара тысяч мусорщиков и собиратели камней, что копошатся возле нашей границы. Но парочкой самых буйных можно и пожертвовать.
— Никогда, — повторил я, чувствуя, как стальная хватка усиливается, перекрывает кровоток к мозгу. — Бей…
Они прыгнули одновременно. Волков со своей стороны, Борзая со своей. Но враг умудрился увернуться от удара импровизированной дубиной, подрезал крылом сухожилия на ногах бойца, и одновременно перехватил кисть Ольги. Раздался хруст, и девушка не сумела удержать меч. Она взвыла совершенно по-собачьи, и в этот момент гнев, медленно поднимающийся у меня в душе, наконец вырвался наружу.
— Животные, — с явным презрением проговорил Высший, когда несмотря на давление у меня из глотки раздался рык. А в следующее мгновение я почувствовал, как меня переполняет сила, и молния бьёт прямо от моей души, от ярости в мозгу и огня в животе под сердцем, через руку и кинжал по внутренностям врага.
Раздался глухой хруст, я почувствовал, как чёрные пальцы разрывают моё горло, но вместе с тем тварь падает на колени, а я остаюсь стоять. А рядом стоит, поджав хвост, маленький, дрожащий тигрёнок, из горла которого едва раздаётся рык. Грозный настолько, насколько это вообще возможно для такого милого комка полосатой шерсти.
  
«Что-то ты припозднился», — подумалось мне, и я завалился вперёд, на тело врага.
  
Глава 26
 
— Шею зажми! Да, вот так. — услышал я командный голос Филинова. — Мне нужно сшить артерии. Антисанитария… но сейчас это не самое опасное…
— Он очнулся. — услышал я голос Волкова, а с трудом открыв глаза увидел, что мы сидим на том же месте что и раньше. Разве что меня оттащили от поджаренного молнией врага к стенам куба.