Царство Сиалы (СИ)
— Так, — Попов обернулся к нам. — Слышали? Обычные тупые земноводные, так что никаких проблем возникнуть не должно. Действовать будем по стандартной тактике — врываемся в зал, и заливаем его ураганным огнём. Степанов и Дорофеев — основной акцент делайте на скоплениях противника, стрелки — отсекаем и добиваем одиночек. Семенихин, твоя задача предупредить нас в случае возможных сюрпризов. Понятно?
— Понял, — буркнул Дорофеев, уже снимая с плеча свой РПГ.
— Готовы, — отозвался я, проверяя, чтобы первая коробка с лентой была подана без перекосов.
— Коптер возвращается, готовьтесь, — предупредила Марина, и через несколько секунд жужжащий разведчик выплыл из темноты, зависнув под потолком подвала, после чего Марина сказала:
— Зайду туда сразу следом за вами. Не подбейте мне птичку…
Движение по коридору было медленным и напряжённым. Луч фонаря капитана то и дело выхватывал из мрака влажные, покрытые склизкими наростами стены. Воздух был густым и спёртым, с ярко выраженной нотой гниющего мяса и какой-то едкой химической дряни, от которой першило в горле.
Под ногами хлюпала отвратительная жижа, которая состояла из смеси воды, грязи и слизи, так что продвижение по этому коридору, где берцы постоянно залипали в этой массе, было очень сложно назвать приятным.
— Первый зал в двадцати метрах прямо по курсу, — раздался в ушах спокойный голос Марины, которая медленно передвигалась следом за нами, сосредоточенная на управлении коптером, который едва уловимо жужжал где-то над нашими головами.
— Скопление из восьми целей сразу после входа справа. Рассредоточены.
Мы подошли к низкому арочному проёму, после чего Попов жестом остановил нас, быстренько высунулся и отскочил назад.
— Вижу. Сидят сволочи, прям как будто ждут нас. — он немного подумал, и тяжело вздохнув, сказал:
— Ладно, входить будем шумно… Первая четвёрка, готовим ргдшки.
Мы с Дорофеевым и стрелками достали по одной гранате, после чего капитан подозвал нас к себе, и в следующее мгновение скомандовал:
— В бой!
Четыре гранаты практически одновременно полетели в сторону затаившегося врага, а мы спрятались за угол, но это не помогла спрятаться от сильного грохота взрывов, которые в замкнутом пространстве данжа были по-настоящему оглушительны.
Попов не стал ждать вердикта разведки, а просто без затей призвал нас следом за собой, и выскочил в зал, с оружием наперевес, куда мы сразу и вбежали, стараясь подстраховать нашего слишком импульсивного командира.
Мы оказались в просторном, круглом помещении, чем-то похожим на сильно уменьшенную копию колизея. На полу около входа копошились раненные и оглушённые твари, которые и впрямь были похожи на огромных, лысых жаб с неестественно длинными задними лапами и обладали широкими, усеянными игловидными зубами пастями.
Понятное дело, что никто не собирался давать им возможности опомниться, и как только мы ворвались в помещение, то тут же открыли шквальный огонь. Грохот новых АК-203 был настолько густым, что его хотелось слушать и слушать.
Выпущенные пули с хрустом пробивали склизкую плоть, отшвыривая тварей назад и глядя на этот сокрушительный эффект, я чувствовал искреннее недоумение от того, почему эти автоматы нам не выдали раньше.
Пока мы постепенно добивали уцелевших, я, стараясь не акцентировать внимания на разбросанных внутренностях и брызгах липкой крови, мысленно давал команды системе о поглощении эссенции, из-за чего в мою сторону постоянно тянулись едва заметные серебристые нити энергии от каждого поверженного тиуна.
— Коридор в следующий зал на 10 часов, — отрапортовала Марина, как только последняя тварь пала смертью храбрых. — Он очень узкий, будьте предельно осторожны.
Выбора у нас особого не было, поэтому удвоив осторожность, мы двинулись в сторону указанного коридора, который и впрямь оказался весьма тесным, и местами нам даже приходилось идти гуськом.
Внезапно из вентиляционной шахты под потолком с шипящим визгом вынырнуло несколько мелких, крылатых тварей, похожих на помесь летучей мыши и ящерицы. Они пикировали на нас, целясь в лица когтистыми лапами, однако их коварный план оказался обречён на неудачу.
Дело в том, что наши снайперы не дремали, и как только на горизонте возникла новая угроза для нашей группы — мы услышали практические одновременные приглушённые хлопки — один от ВСС Рябцева, шедшего позади, второй, чуть громче, от СВД Марины, которая стояла у входа в зал.
Две неопознанные твари так и не смогли долететь до нас, рухнув на пол, прошитые насквозь. Их сотоварки оказались очень впечатлены таким актом устрашения, и испугавшись, отступили обратно в вентиляцию.
— Спасибо, орлы! Я горжусь тем, что служу вместе с вами! — бросил Попов, сосредоточенно изучая трупы новых тварей.
Спустя некоторое время мы отправились дальше, очищая комнату за комнатой. В одной из них, похожей на старую столовую, тиуны устроили настоящее логово, и были буквально везде. Попов не на шутку задумался о методах прохождения этой комнаты с наименьшими потерями, и именно в этот момент в наших гарнитурах прозвучал совершенно спокойный голос Дорофеева:
— Капитан, разрешите я зажгу?
Попов на эту просьбу перевёл на него задумчивый взгляд, после чего махнул рукой, и сказал:
— Добро, Дорофеев… Заодно проверим полезность этого типа снарядов против тварей среднего данжа…
— Группа, укрыться! — скомандовал обрадованный Дорофеев, и как только мы все рассредоточились, ловко вскинул РПГ, прицелился в самую гущу скопления врагов и спустил курок.
— Выстрел!
ВЖУУУХ-БАБАХ!
Снаряд врезался в центр кишащей массы, и эффект от этого удара оказался воистину сокрушающим. Огненный шар и ударная волна разорвали десятки тварей в клочья, а стены зала оказались заляпаны обрывками плоти и слизью. Когда дым рассеялся, мы увидели, что от скопления осталось лишь несколько оглушённых и контуженных особей, которых очень быстро добили внимательные стрелки.
Спустя несколько мгновений наш капитан поднялся из своего укрытия, окинул удовлетворённым взглядом результат работы Дорофеева, после чего строгим голосом сказал:
— Что ж… Должен признать, что это чрезвычайно эффективно… Я бы сказал — даже слишком. Отныне РПГ — это средство только для боссов или совсем уж критических ситуаций. Понятно, ефрейтор?
— Так точно, товарищ капитан, — со слегка безумной улыбкой кивнул Дорофеев, закидывая РПГ себе за спину, а я тем временем втихаря занимался своим делом, и активно поглощал эссенцию с подорванных трупов.
Постепенно мы продвигались всё дальше, и с каждой пройденной комнатой мерзкий запах становился всё более едким и тошнотворным, а пол был настолько сильно залит слизью и кровью, что приходилось буквально продираться сквозь эту жижу, чуть ли не по колено. Наконец, Марина снова вышла на связь, и в её голосе появилось напряжение:
— Внимание, впереди последний зал, дверь заблокирована грудой костей и камней. За ней просвечивается большой источник тепла, но большего сказать не могу… Визуала нет.
«Ну вот мы и добрались до босса… Будем надеяться, что в этот раз всё пройдёт намного лучше, чем в прошлый», — рассеянно подумал я, мысленно настраиваясь на тяжёлое противостояние.
Глава 4
Нам пришлось не мало постараться, чтобы расчистить проход к двери босса. Это только в фильмах всё просто — герой кидает гранату, бух-бах, и проход расчищен… В реальной жизни всё не так. Когда я предложил поступить именно так — капитан посмотрел на меня как на душевно больного, и отправил растаскивать всё ручками, чтобы выветрить дурные мысли из головы.
Вся расчистка заняла около получаса, и за это время мы настолько сильно извазюкались в слизи, грязи, и бог пойми чем ещё, что камуфляж теперь можно было только выкинуть.
Когда мы закончили, и у Дорофеева с Жуковым получилось открыть дверь — оттуда в нашу сторону пахнул настолько концентрированный едкий, химический запах, что при дыхании он буквально обжигал ноздри и оставлял горький привкус на языке.