"Фантастика 2025-187". Компиляция. Книги 1-24 (СИ)

Майор положил рядом с лампой плоский блин голо-проектора, над которым развернулись уже знакомые мне апокалиптические кадры.
— Есть одно маленькое «но», — сипло протянул «Бурят». — Этим кадрам уже месяц, а больше у нас ничего нет. Негусто, прямо скажем.
— У нас есть данные сегодняшней разведки, — сказал Макаров, — которые меня несколько смущают. Блокпостов больше нет, а зона контроля ужалась до размеров правительственного квартала. Это разнится с тем, что мы получили перед вылетом.
  
— То есть этот Фройде пропал целый месяц назад? — уточнила я.
— Так точно, — кивнул Макаров. — Передал информатору фото- и видеоданные и пропал. А информатор на поверхность планеты даже не спускался – посчитал это слишком опасным делом. И я так понимаю, наше руководство ничего не предпринимало, пока шли поиски артефакта. А теперь вот решили запоздало послать нас за человеком, от которого целый месяц ни слуху, ни духу.
— А кто этот информатор? — спросила я.
— Мне не докладывали, — ответил «Оникс».
— Значит, по факту мы не знаем, что там происходит, — скептически заметила Агата. — Потому что внизу не было ни агентов, ни других информаторов.
— «Опека» прогадила Пирос на все сто процентов, — усмехнулся Коньков.
— У Агапова последние годы планомерно отжимают ресурсы, — словно оправдываясь, пробасил Макаров, — а когда у тебя нехватка ресурсов и кадров, приходится идти на сокращения… Кому нужна заштатная дыра, если все решения принимаются на Земле?
— Ну, теперь-то зашевелятся. — В полутьме блеснули глаза Архипа.
— Да уже поздно шевелиться! — раздражённо бросила Агата. — Раньше надо было. Дегтярёв хоть чем-то интересовался, а этому Горячеву, адмиралишке недоделанному, на всё положить. А расхлёбывать кому? Как обычно – нам, ценой своих жизней. Вчетвером против двадцати тысяч.
— Лейтенант Скворцова, это обычная служба с обычными приказами, — сказал майор. — Мы – последняя инстанция, и всегда разгребаем за другими.
Агата впервые за весь полёт поникла, закрыла глаза и глубоко вздохнула. Макаров с отеческой теплотой в голосе произнёс:
— Мы все разделяем твои чувства, и я пошёл тебе навстречу в твоём желании отправиться с нами, поэтому давай-ка сохранять самообладание. Нам нужен твой профессионализм. Сосредоточься на деле. Это лучшее, что ты можешь сделать…
Из полутьмы в круг шагнула тень в синей форме пилота.
— Идиллию прерву, майор. Давайте-ка на центрифугу, по десять минут. У вас примерно час. Гравитация внизу поблажек не даст. Это, ребята, вам не по вшивым астероидам скакать…
* * *
… Салон тяжёлого десантного глайдера, неуловимо похожего на кряжистую, хорошо откормленную ездовую собаку, был рассчитан на шесть человек – два ряда по два сиденья в головной части и ещё пара мест возле вспомогательных систем в корме. На вид машина, покрытая бронелистами внушительной толщины, была крепкой и надёжной – агрегат весил никак не меньше пяти тонн. 
Кое-кто из моих напарников уже скрылся внутри, прихватив с собой по стволу, и в оружейной стойке при входе осталась лишь массивная снайперская винтовка. Я протянула было к ней руку, но сзади раздался голос майора.
— Не спеши. Для тебя у меня есть кое-что другое, — сказал он и протянул в мою сторону кобуру с пистолетом внутри.
— А это почему? — удивилась я.
— Был приказ. Не давать ничего тяжёлого.
— Приказ? Кто же это, интересно, так заботится о том, чтобы я не надорвалась, таская тяжести?
— Если есть желание обсудить – дождись окончания операции и задай вопрос начальству, — отрезал Макаров, продолжая протягивать мне пистолет.
Молча взяв оружие, я плюхнулась в одно из сидений, защёлкнула ремни безопасности и опустила фиксирующие поручни. Сбоку возникла чья-то рука с невиданным ранее устройством.
— Кинетический щит, — сообщил майор. — Задерживает мелкие и быстрые объекты вроде пуль или осколков. Жилет защёлкивается на поясе, вот это – кнопка включения. Хватит его на час активного пользования.
Нацепив на себя устройство, я нажала на кнопку. Загорелся жёлтый огонёк на боку, в салоне повис низкий гул – и всё. Никаких видимых полей, никакой дрожи. Посидев так с полминуты, я выключила устройство. Работает или нет – загадка. Что ж, надеюсь, до проверки боем дело не дойдёт. 
Макаров тем временем выудил из кармана небольшой пластиковый наруч.
— Это – многофункциональный браслет. Всегда носи его при себе, — сказал он. — В нём часы, навигация, биометрия, календарь. Выдерживает температуру от плюс ста до минус ста, можно не бояться промочить…
— Знаю, у вас дома я таскала такой на работе. 
Я привычным жестом защёлкнула устройство на руке на последнее деление, впритык – устройство было великовато для моего запястья.
— В таком случае, проблем быть не должно, — заключил майор Макаров и пробрался вперёд салона машины…
Я сидела в ожидании и задумчиво разглядывала выданное мне оружие. Так себе, учитывая, чем вооружились остальные члены отряда – автоматические карабины, шоковое ружьё… На ложементе до сих пор стояла снайперская винтовка, притягивая к себе мой жадный взгляд. Впрочем, старые, несколько подзабытые ощущения всё равно возвращались ко мне – ощутив в руке оружие, я почувствовала прилив сил и чувство защищённости.
— Сядем в трёхстах километрах от Ла Кахеты, — прозвучал в наушнике голос Агаты – она уже вглядывалась в мониторы в корме глайдера, покачиваясь в массивном вращающемся кресле. — Район тихий, людей там мало, в основном частные фермы и сельхозугодья. Столкновений не наблюдается, вокруг никто не летает и не ездит. Сейчас под нами вечер, поэтому сперва разложимся, переждём ночь, а наутро начнём действовать.
— Разложиться мы всегда успеем, лейтенант, — прохрипел Аркадий «Бурят». — Не торопи события.
Рухнувший на сиденье сбоку от меня Архип заметно нервничал, то и дело постреливая глазами через узкие окошки-бойницы наружу, в ангар «Аркуды», где развернулась вялая суета. Снаружи экипаж деловито сновал вокруг десантного челнока, осуществляя предполётную проверку узлов. Майор тем временем сел за управление, поднял глайдер в воздух и стал аккуратно заводить его по рампе в десантный отсек шаттла.
— Кстати, я тебя помню, — сказал Коньков, улыбаясь и стараясь спрятать дрожь в голосе. — Я был на Аскании с Матвеевым.
— Вот как? — без особого энтузиазма отозвалась я. — Матвеев – это тот, со шрамом? По правде говоря, я только его лицо и запомнила.
— Да, он самый. Тогда старую посудину чуть не размазали об астероид. Представляешь? Гиперпрыжок, потом меня бросило в сторону, боковые ворота поднимаются – и вот он, камень, на расстоянии вытянутой руки! — В подтверждение своих слов он вытянул вперёд руку в перчатке песочного цвета. — Даже думать страшно о том, что было бы, промахнись мы на пару метров… Коллапс, аннигиляция частиц…
Зажужжала и с лязгом запахнулась рампа, загудели двигатели шаттла, набирая обороты. Что-то скрипнуло под ногами, и глайдер лёг на пузо, прочно вцепившись в рифлёный пол. Сочно защёлкал металл – бойцы проверяли экипировку, экзоскелеты и оружие, по которому уже разу перезаряжая магазины и клацая предохранителями. Посвистывали мультивизоры на шлемах, потрескивали, незримо натыкаясь на преграды, кинетические щиты.
В жилете и в форме с бронепластинами, прикрывающими живую руку, я чувствовала себя весьма комфортно и свободно в движениях, чего нельзя было сказать о моих попутчиках, закованных в экзоскелеты. Единственное, чего мне не хватало – это серьёзной огневой мощи. Повертев в руках пистолет, привыкая к его весу и габаритам, я машинально вынула и вновь защёлкнула магазин и сунула ствол в кобуру.
  
— Мы готовы, «Ястреб», — сообщил в переговорник Макаров. — Трогай.
— Отстыковка на счёт три, — раздался голос пилота в наушнике.
Что-то басовито загудело – под челноком открывался высадочный люк, а гигантский кронштейн опускал шаттл вниз, в горячее небо Пироса, готовясь разжаться и отправить летающую машину в свободное падение.