Моя дорогая жена
Часть 59 из 71 Информация о книге
Я поднимаю глаза вверх – может, надо мной дрон или камера слежения? Но небо чистое. В нем нет даже птицы. – Откуда ты узнала, где я? Миллисент вздыхает. Глубоко, с придыханием. Ненавижу, когда она так делает. – Загляни под машину, – говорит мне жена. – Что? – Под машину. Загляни. Я встаю на колени и всматриваюсь. Маячок. Такой же, как тот, что я устанавливал на машину Миллисент. Вот почему я ничего не знал о той церкви. Моя жена знала, что я за ней слежу. * * * Осознание того, что происходит, бомбой взрывает мой мозг. Только один человек мог написать это послание кровью Наоми. Я понял это сразу, как только услышал новость. Просто я искал другое объяснение. Но объяснение одно. – Ты подставила меня, – говорю я. – Хочешь навесить на меня их всех. Линдси, Наоми… – И еще трех. Не забывай о них. В голове мелькают жуткие картины – как Миллисент одна убивает женщин, пытаясь перевести на меня стрелки. Теперь я знаю, что она делала, пока я сидел днями и ночами с больной Дженной. Будущее разворачивается перед моими глазами кровавым красным ковром. Я снова закрываю глаза, запрокидываю назад голову и пытаюсь сообразить, как Миллисент могла меня подставить. Мои образцы ДНК! Она могла оставить любые следы с ними. И вдобавок к этому полиция разыщет людей, знавших глухого Тобиаса. Аннабель, Петру. Того же бармена. Они меня вспомнят. Все будет указывать на меня. Мой ум сопротивляется этому. Я ищу отмазки, но их нет. Миллисент все продумала. Как всегда – до самых мелочей. Я чувствую себя так, словно оказался в гигантском лабиринте, из которого нет выхода. Увы, я – не такой блестящий планировщик, как моя жена. Я хожу вдоль машины. Голова трещит от потрясения. – Миллисент, зачем ты это сделала? Она смеется. Ее смех звучит издевательски. – Открой багажник. – Что? – Свой багажник, – повторяет жена. – Открой его. Я медлю, воображая, что там может оказаться. Что может быть еще хуже? – Открывай, – требует Миллисент. Я открываю багажник. Внутри ничего нет, кроме моего теннисного снаряжения. – Что ты… – Запаска, – подсказывает Миллисент. Мой телефон! Одноразовый! С эсэмэсками от Линдси и Аннабель. Я протягиваю руку, но не обнаруживаю его. Вместо телефона я нахожу кое-что другое. Карамельку. Линдси. Первая, с кем я переспал. Это случилось после нашей второй велосипедной прогулки. «Ты милый», – сказала мне тогда Линдси. «Нет, это ты милая», – сказал ей я. Голос Миллисент возвращает меня в настоящее: – Знаешь – просто поразительно, что тебе могут рассказать люди после года заточения. – Что ты… – Она видела тебя в ту ночь, когда мы ее схватили. Линдси пришла в себя до того, как ты уехал. И очень удивилась тому, что ты не глухой. Правда! Меня тошнит. Из-за того, что я делал. Из-за того, что сделала моя жена. – Самое смешное то, – продолжает Миллисент, – что Линдси думала, что я ее мучаю за то, что она переспала с тобой. Я пыталась ей втолковать, что это не так. Не главная причина, во всяком случае. Но, похоже, она мне не верила. – Миллисент, что ты натворила? – Я? Ничего. Это ты натворил. Ты за все это в ответе. – Я не знаю, что ты себе удумала… – Не перечь мне. Я прикусываю язык, пока не ощущаю во рту привкус крови. – И как давно ты все это спланировала? – А это важно? Нет. Уже нет. – Я могу объяснить? – Нет. – Миллисент… – Что? Тебе жаль. Просто так вышло. И это ничего не значило? Я прикусываю язык. Буквально. – И что ты теперь собираешься делать? – спрашивает Миллисент. – Пустишься в бега и будешь прятаться или останешься и примешь бой? Ни то ни другое. И то и другое. – Пожалуйста, не делай этого. – Вот в этом твоя проблема. – В чем? – Ты всегда фокусируешься не на тех вещах. Мне хочется ее расспросить о «не тех вещах», но я сдерживаюсь. Я разделяю ее точку зрения. Она смеется. Связь обрывается. 62