Полное собрание стихотворений

14
 
 
Ее не раз и прежде я видал,
 
Когда случался близко у соседства
 
Какой-нибудь необычайный бал
 
По случаю крестин или наследства;
 
Но в этот миг в душе припоминал
 
Я образ, мне знакомый с малолетства, —
 
И не ошибся: в городе одном
 
Мы с ними жили, рядом был их дом.
 
 
15
 
 
Что ж можно лучше выдумать? — И мать
 
Припомнила ту счастливую пору
 
И прочее. Я должен был внимать
 
Хозяйки доброй искреннему вздору.
 
Сынок меня придумал занимать:
 
Велел привесть любимую мне свору, —
 
И я хвалил за стать его борзых,
 
А мне, признаться, было не до них.
 
 
16
 
 
Я и забыл: день святочный был то.
 
Зажгли огни; мы с Варенькой сидели;
 
Большое блюдо было налито,
 
Дворовые над блюдом песни пели,
 
И сердце ими было занято,
 
С гаданьями предчувствия кипели.
 
Я посмотрел на милое лицо…
 
И за меня она дала кольцо.
 
 
17
 
 
С каким отрадным страхом я внимал
 
Тех вещих песен роковому звуку!
 
Но вот мое кольцо — я услыхал
 
В моем припеве близкую разлуку:
 
Как будто я давно о том не знал!
 
Но Варенька мне тихо сжала руку
 
И капли слез едва сдержать я мог;
 
Но улетел неосторожный вздох.
 
 
18
 
 
Другой сосед приехал — он жених.
 
Но стол готов в диванной с самоваром,
 
И Варенька исчезла. В этот миг
 
Сосед-жених мне был небесным даром:
 
Им занялись. Я ускользнул от них.
 
«Вы не в столовой?» — Обдало как варом
 
Меня от этих слов… Но этот взор!
 
О, я вполне ей верил с этих пор!
 
 
19
 
 
Мы говорили бог знает о чем:
 
Скучают ли они в своем именьи,
 
О сельском лете, о весне, потом
 
О Шиллере, о музыке и пеньи.
 
«Я вам спою… Скажите, вам знаком
 
Романс такой-то?» — В сладком упоеньи
 
Едва-едва касался я земли…
 
Но чай простыл и самовар снесли.
 
 
20
 
 
В столовую я вышел… Боже мой,
 
Какое счастье: заняты гаданьем!
 
И я прошел нарочно пред толпой
 
И тихо скрылся. Чудным обаяньем
 
Меня влекло за двери. За стеной
 
Дрожали струны сладостным бряцаньем…
 
Нет, я не в силах больше, не могу —
 
На тайный зов я к милой побегу.
 
 
21
 
 
Серебряная ночь гляделась в дом…
 
Она без свеч сидела за роялью.
 
Луна была так хороша лицом
 
И осыпала пол граненой сталью;
 
А звуки песни разлились кругом
 
Какою-то мучительной печалью:
 
Всё вместе было чувства торжество,
 
Но то была не жизнь, а волшебство.
 
 
22
  
 
 
И, сам не свой, я, наклоняясь, чуть
 
Не покрывал кудрей ее лобзаньем,
 
И жаждою моя горела грудь;
 
Хотелось мне порывистым дыханьем
 
Всю душу звуков сладостных вдохнуть —
 
И выдохнуть с последним издыханьем!
 
Дрожали звуки на ее устах,
 
Дрожали слезы на ее глазах.
 
 
23
 
 
«Вы знаете, — сказала мне она, —
 
Что я владею чудным талисманом?
 
Хотите ли, я буду вам видна
 
Всегда, везде, с луною, за туманом?»
 
Несбыточным была душа полна,
 
Я счастлив был ребяческим обманом.
 
Что б ни было — я верил всей душой, —
 
И для меня слилась она с луной.
 
 
24
 
 
Я был вдали, ее я позабыл,
 
Иные страсти овладели мною;
 
Я даже снова искренно любил, —
 
Но каждый раз, когда ночной порою
 
Засветится воздушный хор светил, —
 
Я увлечен волшебницей луною.
 
…… … … …
 
 
1842
  
Сон
 
 
Nemesis. Muette encore! Elle n'est pas des notres:
 
elle appartient aux autres aurres puissances.
 
Byron. «Manfred»
 
1
 
 
Мне не спалось. Томителен и жгуч
 
Был темный воздух, словно в устьях печки.
 
Но всё я думал: сколько хочешь мучь
 
Бессонница, а не зажгу я свечки.
 
Из ставень в стену падал лунный луч,
 
В резные прорываяся сердечки
 
И шевелясь, как будто ожило
 
На люстре всё трехгранное стекло,
 
 
2
 
 
Вся зала. В зале мне пришлось с походу
 
Спать в качестве служащего лица.
 
Любя в домашних комнатах свободу,
 
Хозяин в них не допускал жильца
 
И, указав мне залу по отводу,
 
Просил ходить с парадного крыльца.
 
Я очень рад был этой благодати
 
И поместился на складной кровати.
 
 
3
 
 
Не много в Дерпте есть таких домов,
 
Где веет жизнью средневековою,
 
Как наш. И я, признаться был готов
 
Своею даже хвастаться судьбою.
 
Не выношу я низких потолков,
 
А тут как купол своды надо мною,
 
Кольчуги, шлемы, ветхие портреты
 
И всякие ожившие предметы.
 
 
4
 
 
Но ко всему привыкнешь. Я привык
 
К немного строгой сумрачной картине.
 
Хозяин мой, уживчивый старик,
 
Жил вдалеке, на новой половине.
 
Всё в доме было тихо. Мой денщик
 
В передней спал, забыв о господине.
 
Я был один. Мне было душно, жарко,
 
И стекла люстры разгорались ярко.