Полное собрание стихотворений

1855
  
В саду
 
 
 
Приветствую тебя, мой добрый, старый сад,
 
Цветущих лет цветущее наследство!
 
С улыбкой горькою я пью твой аромат,
 
Которым некогда дышало детство.
 
 
 
Густые липы те ж, но заросли слова,
 
Которые в тени я вырезал искусно,
 
Хватает за ноги заглохшая трава,
 
И чувствую, что там, в лесу, мне будет грустно.
 
 
 
Как будто с трепетом здесь каждого листа.
 
Моя пробудится и затрепещет совесть,
 
И станут лепетать знакомые места
 
Давно забытую, оплаканную повесть.
 
 
 
И скажут: «Помним мы, как ты играл и рос,
 
Мы помним, как потом, в последний час разлуки,
 
Венком из молодых и благовонных роз
 
Тебя здесь нежные благословляли руки.
 
 
 
Скажи: где розы те, которые такой
 
Веселой радостью и свежестью дышали?»
 
Одни я раздарил с безумством и тоской,
 
Другие растерял — и все они увяли.
 
 
 
А вы — вы молоды и пышны до конца.
 
Я рад — и радости вполне вкусить не смею;
 
Стою как блудный сын перед лицом отца,
 
И плакать бы хотел — и плакать не умею!
 
 
1854
  
«В долгие ночи, как вежды на сон не сомкнуты…»
 
 
 
В долгие ночи, как вежды на сон не сомкнуты,
 
Чудные душу порой посещают минуты.
 
Дух окрылен, никакая не мучит утрата,
 
В дальней звезде отгадал бы отбывшего брата!
 
Близкой души предо мной все ясны изгибы:
 
Видишь, как были, — и видишь, как быть мы могли бы!
 
О, если ночь унесет тебя в мир этот странный,
 
Мощному духу отдайся, о друг мой желанный!
 
Я отзовусь — но, внемля бестелесному звуку,
 
Вспомни меня, как невольную помнят разлуку!
 
 
1851
  
«Не спрашивай, над чем задумываюсь я…»
 
 
 
Не спрашивай, над чем задумываюсь я:
 
Мне сознаваться в том и тягостно и больно;
 
Мечтой безумною полна душа моя
 
И в глубь минувших лет уносится невольно.
 
 
 
Сиянье прелести тогда в свой круг влекло:
 
Взглянул — и пылкое навстречу сердце рвется!
 
Так, голубь, бурею застигнутый, в стекло,
 
Как очарованный, крылом лазурным бьется.
 
 
 
А ныне пред лицом сияющей красы
 
Нет этой слепоты и страсти безответной,
 
Но сердце глупое, как ветхие часы,
 
Коли забьет порой, так всё свой час заветный.
 
 
 
Я помню, отроком я был еще; пора
 
Была туманная, сирень в слезах дрожала;
 
В тот день лежала мать больна, и со двора
 
Подруга игр моих надолго уезжала.
 
 
 
Не мчались ласточки, звеня, перед окном,
 
И мошек не толклись блестящих вереницы,
 
Сидели голуби нахохлившись, рядком,
 
И в липник прятались умолкнувшие птицы.
 
 
 
А над колодезем, на вздернутом шесте,
 
Где старая бадья болталась, как подвеска,
 
Закаркал ворон вдруг, чернея в высоте, —
 
Закаркал как-то зло, отрывисто и резко.
 
 
 
Тот плач давно умолк, — кругом и смех и шум;
 
Но сердце вечно, знать, пугаться не отвыкнет;
 
Гляжу в твои глаза, люблю их нежный ум…
 
И трепещу — вот-вот зловещий ворон крикнет.
 
 
1854
    
Первая борозда
 
 
 
Со степи зелено-серой
 
Подымается туман,
 
И торчит еще Церерой
 
Ненавидимый бурьян.
 
 
 
Ржавый плуг опять светлеет;
 
Где волы, склонясь, прошли,
 
Лентой бархатной чернеет
 
Глыба врезанной земли.
 
 
 
Чем-то блещут свежим, нежным
 
Солнца вешние лучи,
 
Вслед за пахарем прилежным
 
Ходят жадные грачи.
 
 
 
Ветерок благоухает
 
Сочной почвы глубиной, —
 
И Юпитера встречает
 
Лоно Геи молодой.
 
 
1854
  
«Ты расточительна на милые слова…»
 
 
 
Ты расточительна на милые слова,
 
А в сердце мне не шлешь отрадного привета
 
И втайне думаешь: причудлива, черства
 
Душа суровая поэта.
 
 
 
Я тоже жду; я жду, нельзя ли превозмочь
 
Твоей холодности, подметить миг участья,
 
Чтобы в твоих глазах, загадочных, как ночь,
 
Затрепетали звезды счастья.
 
 
 
Я жду, я жажду их; мечтателю в ночи
 
Сиянья не встречать пышнее и прелестней,
 
И знаю — низойдут их яркие лучи
 
Ко мне и трепетом, и песней.
 
 
1854
  
Лес
 
 
 
Куда ни обращаю взор,
 
Кругом синеет мрачный бор
 
И день права свои утратил.
 
В глухой дали стучит топор,
 
Вблизи стучит вертлявый дятел.
 
 
 
У ног гниет столетний лом,
 
Гранит чернеет, и за пнем
 
Прижался заяц серебристый,
 
А на сосне, поросшей мхом,
 
Мелькает белки хвост пушистый.
 
 
 
И путь заглох и одичал,
 
Позеленелый мост упал
 
И лег, скосясь, во рву размытом,
 
И конь давно не выступал
 
По нем подкованным копытом.
 
 
1854
  
«Какое счастие: и ночь, и мы одни!..»
 
 
 
Какое счастие: и ночь, и мы одни!
 
Река — как зеркало и вся блестит звездами;
 
А там-то… голову закинь-ка да взгляни:
 
Какая глубина и чистота над нами!
 
 
 
О, называй меня безумным! Назови
 
Чем хочешь; в этот миг я разумом слабею
 
И в сердце чувствую такой прилив любви,
 
Что не могу молчать, не стану, не умею!
 
 
 
Я болен, я влюблен; но, мучась и любя —
 
О слушай! о пойми! — я страсти не скрываю,
 
И я хочу сказать, что я люблю тебя —
 
Тебя, одну тебя люблю я и желаю!